?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

My guatemalian baby

Когда я варю свеклу, на нашей кухне, которая, как ни странно, имеет теперь вполне презентабельный вид: благодаря стараниям Инти, моей верной акушерки, или «камадроны» - если на местном, девушки Арне, которую зовут Анне(она, кстати, бесконечно мила и почти так же бесконечно невезуча- она постоянно получает солнечные ожоги, укусы всевозможных насекомых; мы уже два раза лечили ее от чесотки, аллергии на мошек и грибка -и все это за пару недель что она тут; барышня она конечно изнеженная, из тех небесных пород что возят с собой рюкзак наполовину набитый пудрами, бальзамами для губ, тониками и молочком для кожи всех возможных мастей, а на вторую половину- круживнымитруселями), и конечно, вашей покорной слуги: мы выдраили все начисто, нарисовали таблички на банках с мукой, овсянкой и прочей роскошью которую тут можно купить в лавках местных жителей, расставили мышеловки, предварительно убив суммарный на нас троих десяток пальцев и замотали наши подтекающие из всевозможных щелей краны найденной в кладовке изолентой; так вот, когда я варю на нашей чистой кухне свеклу, которая очень похожа на российскую, но раза в четыре меньше, у меня всегда есть час на то чтобы разложить свои мысли по полочкам и распланировать предстоящий день.

На самом деле планировать в Похоме- это еще менее реально, чем планировать в других местах. Бог здесь насмехается над тобой с заурядной периодичностью и я к этому уже даже привыкла.

Когда Инти и Карлос уехали в УеУе, ближайший к нам большой город, на собрание, посвященное тому что мы случайно убили молодую родильницу (конечно, никто никого не убивал, но предыдущая акушерка Лин повела себя не совсем корректно на родах и в итоге у нас на счету- материнская смерть)- я осталась в клинике с Марией и Анной.  В состоянии легкой расслабленности и предвкушения двойной дозы интернета и подарков из Уеуе я радовалась, что смогу спокойно дописать свою программу по диабету (я выпросила у Арне холодильник и теперь мне предстоит выпрашивать остальное, в частности- инсулин), но – не судьба.  Анна, местная акушерка позвонила мне и сказала что ее пациентка (да, у них тут все женщины распределены- кто пациент какой из местных акушерок) «вроде как рожает» и «надо бы ее проверить».

Выражаясь мягко и прилично – роды я не люблю.

DSC_1118



DSC_1105

Не потому, что много крови и надо все время сувать пальцы в разные места,  не потому что все суетятся и мешают работать, принося то целебные травки, то- «чудо- палена» под ноги роженицы и даже не потому что в то время как ты протыкаешь мембрану околоплодного пузыря на тебя обычно изливается не только меконевая вода, но  и какашки матери. Роды я не люблю потому что роды- это состояние критическое. В любой момент мать или ребенок могут умереть за считанные минуты от любого твоего неправильного или даже просто слишком медленного действия. Обвития пуповины, вываливающиеся ручки, плечи, ножки, прилежания плаценты, несокращающиеся матки, кровотечения и в конечном итоге- шок и летальный исход. Поэтому особой радости от «надо бы ее проверить» у меня не появилось. Но все же я, взвалив на спину наш «рюкзак для родов» (как его таскает миниатюрная Инти мне представить тяжко) я побрела «проверять». Схватки были нечастыми- одна в десять минут, что означало что родит она еще не скоро. Девочка выглядела очень замученной и очень молодой. «Квантосаньёстьенеустед?»- спросила я ее о возрасте. «Вентесинько,»- она понимала испанский с трудом, но все же ответила- ей 25. «И квантосниньёстьене?»- спросила я про количество рожденных ею бебиков.  «Синко,»- и дальше что-то на Кхбал. Пять детей. «Может я что-то упускаю в этой жизни,»- думалось мне.

После того как я залезла ей рукой туда куда обычно руками на лазают и констатировала что шейка матки открыта только на 6 см нас позвали пить мош и есть улиток и яйца. Роды здесь всегда- событие торжественное. Вся семья и все поветухи- акушерки собирается вместе, причитают, брызгают рожениц отварами и настойками и, конечно, жрут. А так как в родах главный- это акушерка, ну или врач, как в моем случае, то кормят их первыми и много. Постепенно до меня стало доходить почему все местные комадроны такие пышные, если не сказать- заплывшие жировой массой, подобно нашим откормленным похомским свинкам: они на родах постоянно едят. Сначала мош, потом курицу и фасоль, потом опять мош, (естественно все это дополнено неприличным количеством тортиллей) потом улиток (да, у нас тут популярно кушать речных улиток), потом рис и бобы и… собственно пока роженица не отмучается и ребенок не подаст признаки жизни весь этот ритуал по поглощению огромных запасов еды будет повторятся в круговую.

Так вот, позвали нас пить мош, за которым надо мной все очень сильно смеялись потому что мне «двадцатьпять и без детей», а потом даже пожалели. Но мне не было обидно; мне тем временемнетерпелось скорее закончить с родами и пойти в клинику где Мария в одиночестве зашивала деда, которому, с ее слов, было стодвадцать лет. Мария, женщина далеко не глупая, умеющая не только складывать и вычитать двузначные числа в уме, пользоваться вордом и даже отправлять электронные письма, правда без приложений, в бумагах для  министерства своим красивым почерком вывела «120 аньес». После, когда я в попытках разьяснить как так вышло, что она написала этот возраст, я поняла, что что-либо доказывать местным- занятие чрезвычайно сложное и абсолютно неблагодарное, ибо прослушав десяток историй начинающихся «а у нас в соседнем селе жили баба с дедом, так им вообще было стовосемдесят лет, я сама бумаги видела» у меня кончились аргументы и силы. Так у нас появился пациент который рубанул по себе мачете в стодвадцать. Бывает.

После моша и улиток дело пошло куда быстрее и через пару часов у нас было полное раскрытие шейки матки и толпа молящихся мам- теть- бабушек и детей. Ребенок, появившийся сразу после вскрытия мной пузыря и весом чуть больше 2.5 килограммов, был завернут в кулек из шерсти и с зажимом Кохера на пуповине приложен к сиське мамы. Я была счастлива как малое дитя, даже не потому что все начали меня обнимать и целовать, фотографировать  и давать добавку моша, а потому что матка сократилась, ребенок орал вполне себе прилично, плацента отошла быстро и была целой. Кровотечения не было. А значит-  все будут жить.

Обычно, если ты принимаешь роды в Похоме- в честь тебя называют ребенка. Скоро увидим, правда это или нет.

А тем временем у нас свекольный салат который раньше никто не ел, а теперь мы даже свеклу на рынке заказываем заранее, овсяные тортильи по придуманному за неимением большого разнообразия рецепту и много счастливых часов впереди.

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
geomihalich
Jul. 14th, 2014 11:20 am (UTC)
Эх, Викуся, хорошо что моя жена тебя не читает,а то ей об одной мысли о том что когда-нить надо будет рожать - плохо становится....
Зульфира Исанбаева
Sep. 15th, 2014 03:16 pm (UTC)
Ой, Виктория-героическая ты девушка, я взахлеб прочитала твои записи, для меня как экшн.А потом , что думаешь, делать, в цивилизации тебе, наверное, будет скучно...
Интересно, буду следить за твоим дневником
ledilidik
Oct. 3rd, 2014 05:14 pm (UTC)
словно Булгаковские "Записки молодого врача"... одобряю.
( 3 comments — Leave a comment )